Оккупированные Олешки оказались в глубоком гуманитарном кризисе. 73-летней Нине вместе с мужем удалось вырваться оттуда после лет оккупации и полной блокады, которая длится уже несколько месяцев. С началом полномасштабного вторжения она не выезжала, надеясь на скорое освобождение. Но спустя четыре года вынуждена была изменить это решение. Далее - прямая речь о пережитом в оккупированном городе, без ретуши и сокращений.
Оригинал - на сайте "МОСТ".
Из квартиры выгнали оккупанты
Мы предприниматели. Торговали одеждой и обувью. Ездили по селам. 24 февраля мы как раз собирались рано утром на базар. Планировали работать в Малых Копанях. А нам позвонила дочь, что началась война. Мы остались дома. И хорошо, что не поехали...
Они (россияне) пришли с автоматами и сказали: "Убирайтесь, освободите нам квартиру". На тот момент еще была жива старенькая мама моего мужа, которая жила с нами. Мы говорим: а куда же мы пойдем? "Нам все равно, хоть в подвал", - такой был ответ. Муж выпросил дать возможность переночевать. Собрал некоторые вещи и мы выехали в дом, который у нас за дачу был. Туда было уже пять "прилетов". Вообще не знаю, каким это чудом мы остались живы. Нашего дворового пса разорвало пополам... Это мы жили рядом с больницей и школой. Туда частенько прилетает. Что касается больницы - людей там сейчас уже мало работает. Говорили, что сначала там была большая зарплата, по 80 тысяч [рублей]. А потом все свелось к 20-25 тысяч [рублей], поэтому желающих работать мало. Аптека в больнице есть, но препаратов там почти нет.
Мертвецы на улицах
После освобождения Херсона в Олешках периодически стал появляться смрад как от сожженных тел. Это был едкий, сладковатый запах, что невозможно было дышать. Мы думаем, что это оккупанты сжигают своих погибших. Также на улицах валяются мертвые россияне, собаки их растаскивают и жрут. Вообще в Олешках очень много бездомных собак, а котов - нет, видимо, их поели собаки. Тела солдат не вывозятся с осени, так что на Жилпоселке посреди дороги уже лежат черепа и кости. Труп оккупанта уже давненько лежит возле винзавода, с отгрызенными руками-ногами, их собаки людям во двор приносили... А на вопрос "Почему вы своих не забираете?" орки отвечают: "Это не наши!"...
Оккупанты боятся дронов ВСУ
Сначала оккупанты ходили по городу открыто, на базаре скупались. Были с автоматами и по форме, только что в масках. Одно время с ними приходили женщины, которые приехали из россии. Они говорили: "Нам у вас нравится, все очень вкусное. Мы здесь навсегда!". Потом оккупанты заходили на базар уже не толпой, а по одному, по два. А дальше вообще начали маскироваться под местных, чтобы их не засекли. Смотрим, идет, в штатском, с какой-то рейкой в руках, как будто житель, что-то собирается ремонтировать. Теперь же после обеда оккупанты вообще не высовываются на улицу. Также они часто переодеваются в женские наряды, чтобы ввести в заблуждение операторов украинских дронов.
Блокадный город
Власти, то есть, оккупационной, в Олешках не видно уже несколько лет. Коллаборационисты сбежали куда-то вглубь левого берега. Света в городе нет уже три года: оборванные провода, валяются столбы. Газ выключили 8 июля 2025 года, тепла тоже нет. Так, этой чрезвычайно холодной зимой две сестры в "олимпийских домах" (многоэтажки в этом районе Олешек начали строить в год проведения Олимпиады-80) получили обморожение, потому что не было как обогреться. Это у нас в доме была буржуйка и мы топили, а у многих нет такой возможности. Вода на Жилпоселке исчезла сразу после подрыва плотины Каховской ГЭС. В блокадный наш город окончательно превратились после этого нового года. Трассу оккупанты заминировали. Продукты не завозят с февраля, за исключением двух раз. И люди за них едва не дрались. Ни один магазин в городе не работает. Раньше продукты завозили со Скадовщины на базарчик, который открылся возле больницы. Можно было купить "молочку", колбасы и т.д. Так было до конца января. А потом поедет человек, а там уже нет завоза. Местные начали выносить собственную закрутку, какой-то сахар, у кого были запасы, вот и все. Правда, в этом году как было потеплело, начали нестись куры. Так люди выносили на так называемый рынок яйца, продавали по 800-1000 рублей за десяток (400-500 гривен).
Ну а как мы перезимовали? В прошлом году удалось вырастить овощи. Была собственная картошка и лук. И что-то еще позакручивали. А в этом году не то, что на огород, но и во двор страшно стало выйти. Например, до калитки я уже не доходила. Рядом много сожженных домов. Еще до ноября прошлого года в Олешки завозили гуманитарную помощь. Каждый раз это было одно и то же: четыре банки тушенки, четыре банки консервы, крупы, сахар, гречка, масло. Потом сказали, что "гуманитарку" будут давать только тем, у кого есть российское пенсионное удостоверение. Мы его не делали, поэтому и продукты больше не получали. Ели то, что накопилось: из тушенки - суп, борщ, такое. Готовили на газовом баллоне. Свет у нас был от генератора, бензином запаслись еще когда-то. Топливо в город не завозят уже давно.
Блокадный хлеб выглядит по-другому
Хлеб уже полгода я пекла на сковородке. Рецепт расскажу. Берете чашечку тепленькой водички, 200 граммов где-то, выливаете в мисочку. Туда я клала полторы ложечки сухих дрожжей и чайную ложечку сахара. Все это перемешивала, пока не растаяли дрожжи. Туда добавляла чайную ложечку соли, затем - муку на глаз и уже в конце - масло. Все это замешивала, накрывала и ставила в тепло. Тесто поднималось где-то часа два. А потом надо его переложить в обычную сковородку, которой пользуетесь. Тесто я придавливала пальцем и сверху накрывала полотенцем, чтобы еще немного подошло. Далее - на маленький огонь и тоже накрыть - миской. Еще важное - этот хлеб надо переворачивать, потому что низ поджаривается, а верх сырой. Получается такой как корж, только достаточно высокий, иногда до 5 сантиметров. И такой хлеб в Олешках пекут все люди сейчас.
В Олешках исчезают мужчины
Один учитель, который давно на пенсии, принципиально говорил на украинском языке. Хотя принципы там показывать сейчас крайне опасно. Он ухаживал за своей старенькой матерью. Как-то поехал к ней, и после этого его уже никто не видел. Люди думают, что забрали оккупанты - из-за украинского языка. Еще один человек ходил в дом своих друзей, которые уехали, кормить собаку. Ну и как-то застал там оккупантов. И спрашивает: "А что вы делаете в чужом доме?". Так они ему как показали, что там делают... Избили до полусмерти, это еще чудом, как его не убили. Человек месяца три отходил после этой "встречи". А где-то месяц назад семья уехала в Одессу.
Как в Олешках хоронят людей
Гробов в городе нет давно. Моя подруга, ей было 73 года, заболела и умерла. Искали гроб, нигде не нашли, о венках и всем таком погребальном, вообще не идет речь. Поэтому похоронили мы ее, завернутую в ковер. На кладбище везли на тачке, потому что машин в городе вообще нет. У кого были какие машины, то оккупанты поотбирали. Вообще люди в Олешках умирают часто. Наш сосед замерз в квартире, которую снимал, это было в конце января. Его похоронили в полиэтиленовом пакете, под номером на могиле. Так хоронят всех. Никто никого не отпевает. Священников в Олешках и ближайших селах нет, храмы в большинстве сожжены. Кладбище разбито обстрелами еще с 2023 года. Так что нет покоя ни живым, ни мертвым.
А вообще в Олешках никто точно не может сказать сколько людей погибло, особенно - из-за подрыва Каховской ГЭС. Знаю, что когда люди с лодками спешили спасать население в зону потопа, на блокпосту оккупанты их просто разворачивали и сами никого эвакуировать не собирались. Был случай, когда в начале затопления в одном доме солдаты закрыли людям калитку, со словами "Вот и топитесь!". Были случаи, когда крыша обваливалась и люди не могли выбраться из дома, тела так и плавали, лицами вниз.
Решение выезжать
Ни минуты покоя. Грохот и днем, и ночью - обстрелы. Оккупанты из Олешек бомбят Херсон, а потом прилетает ответка от наших. Так что линия фронта - посреди нашего города. Запасы дров у нас практически закончились, новых взять негде. Люди вырубали свои фруктовые деревья, чтобы обогреться. Поэтому было понятно - если оставаться, топить уже нечем. У мужа сахарный диабет, лекарства взять негде. Мы решили выезжать еще с нового года. Вот четыре месяца ждали, думали, разминируют трассу. И то морозы были, то эвакуационные автобусы подрывались. Если бы вы видели, сколько на трассе за Олешками в сторону Гопров сожженных машин! И на обочине, и посреди дороги - автобусы их с трудом объезжали. Чуть меньше сожженных автомобилей аж за Гладковкой, но все равно много. Выехали мы из Олешек тремя бусами, где не было сидений. Размещались кто на табуретках, кто на сумках. В Скадовске пересели на транспорт перевозчика. Дальше была дорога через Мелитополь, пять областей россии и Беларусь. В Ковеле нас забрали волонтеры, привезли в церковь, бесплатно кормили обедом и ужином. Потом нам дали билеты в Киев, а там нас уже встретили дети.
Муж пошел на ярмарку в столице. Боже, у него глаза разбегались - сколько продуктов и разнообразных! А дети же тоже накрыли такой стол. Обычное сало... мы его не видели полгода точно. Как и хлеб из магазина.
В Олешках сейчас много заброшенных домов, разбитых - само собой. Говорят, что в городе еще живут около 2 тысяч жителей, но я думаю, что вряд ли наберется столько, не похоже на то. Но дети точно есть, мы видели. Одна семья с детьми школьного возраста выехала вместе с нами. Выбраться из ада хотели бы большинство людей, но уже нет как. Сначала выезжали в Скадовск на "скорой", от больницы, а потом это стало невозможно. Перевозчики уже тоже боятся рисковать, потому что машины подрываются, дороги же заминированы.
О возвращении мы даже не загадываем. Хотелось бы, а там увидим. Главное, что жизни свои спасли. И передаем огромные слова благодарности волонтерам, всем добрым людям, которые нас вывезли. Они же стараются, обращаются за помощью ко многим организациям, но оккупированная территория: кто кому нужен? Зато Сальдо, оккупационный губернатор, отчитывается, что дороги делаются, детские площадки строятся и что в Олешках все хорошо... А там - ад, ад на земле.